Кораблестроение в Испании XVIII века - Форум

Французский Иностранный Легион

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Таверна » Большой зал » Кораблестроение в Испании XVIII века
Кораблестроение в Испании XVIII века
VardesДата: Суббота, 29.05.2010, 01:12 | Сообщение # 1
Старшина
Группа: Администраторы
Сообщений: 34
Репутация: 5
Статус: Offline
Дж. Д. Харброн

Кораблестроение в Испании XVIII века

Хотя приоритет в строительстве крупнейших военных кораблей эпохи парусного флота обычно приписывают англичанам, но крупнейшим и самым мощным кораблем своего времени был испанский корабль "Сантисима Тринидад"

В последнем и самом кровопролитном сражении эпохи парусного флота, состоявшемся 21 октября 1805 г., английская эскадра под командованием адмирала лорда Горацио Нельсона разбила франко-испанскую объединенную эскадру у мыса Трафальгар. Победа Англии означала конец Испании как морской державы, и англичане с тех пор не имели себе равных в области кораблестроения. Однако, по мнению матросов и капитанов кораблей того времени, самым мощным кораблем из числа тех, что принимали участие в Трафальгарском сражении, был испанский линейный корабль "Сантисима Тринидад" ("Святейшая троица") водоизмещением 1900 т, представлявший собой "плавучую батарею" с бортами из красного дерева толщиной 2 фута. Команда корабля состояла из 1200 человек. Кораблем восхищались даже недруги испанской короны, а его конструкции и необычайной прочности отдавал должное сам адмирал Нельсон. Однако корабль "Сантисима Тринидад" постигла печальная участь: он был захвачен англичанами, которые, опасаясь, что судно может быть отбито отступающим неприятелем или из-за повреждений, нанесенных в сражении и во время шторма, не выдержит буксировки, потопили его спустя два дня после битвы. Поэтому об особенностях замечательного парусника можно судить лишь на основании его современной реконструкции.


"Сантисима Тринидад" - самый большой корабль, участвовавший в сражении при Трафальгаре. Таким он изображен на картине художника того времени Алехо Берлингерро де ла Марка и Гальего. Корабль был построен в 1769 г. и военно-морской верфи в Гаване. В качестве строительного оного материала использовались красное дерево произраставшие в Мексике и в Центральной Америке. В кормовой части видны окна офицерских кают. Это было самое уязвимое место во время боев. Судно имело четыре орудийные палубы, и за счет этого его вооружение было самым мощным по сравнению с другими кораблями XVIII в. Во время Трафальгарского сражения на борту корабля находились 1200 моряков и солдат морской пехоты. Пушечные залпы с английских кораблей не смогли потопить этот корабль. Картина хранится в Мадридском военно-морском музее.

История не уделила должного внимания кораблестроению Испании по той причине, что в XVIII в. испанский флот потерпел ряд поражений, которые, однако, скорее были следствием превосходной военной тактики на море и более умелого судовождения англичан, а не просчетов в конструкции испанских кораблей. Слава англичан затмила заслуги Испании в деле освоения морских торговых путей в Новый Свет.

И тем не менее испанские моряки конца XV и начала XVI вв., одержимые религиозным рвением в борьбе с Реформацией, достигли огромных успехов, открывая новые земли. Более того, уже в 1600 г., спустя всего 80 лет после того, как Кортес впервые высадился на побережье Мексики, на территории испанской Америки насчитывалось около 50 поселений. Сообщение с большинством из них, так же как и их оборона, обеспечивались только со стороны моря. Тот факт, что они продолжали успешно существовать, можно объяснить и тем, что испанцы традиционно считались лучшими кораблестроителями и не знали себе равных в этой области еще 300 лет.

Колонизация Нового Света вряд ли была бы успешной, если бы испанцы совершали свои путешествия к далеким берегам на таких кораблях, как галеры, хотя в истории кораблестроения они и сыграли значительную роль. Галера, представлявшая собой парусно-гребное судно с отвесными бортами, была распространена в средние века главным образом на флотах средиземноморских держав. (Последнее крупное сражение эпохи гребного флота, в котором объединенная эскадра Испании и других европейских стран разбила турецкий флот, состоялось в 1571 г. у побережья Греции.) Этот тип судна едва ли мог считаться пригодным для длительного плавания через Атлантику. Колумб и последующие мореплаватели стали использовать так называемые круглые суда, которые к концу XVI в. вытеснили галеры. Круглые суда были более крупными и имели несколько палуб, что позволяло разместить на них большее количество провианта, пушек, а также увеличить площадь парусов и численность экипажа. Все это было немаловажным фактором в продолжительном плавании. И наконец, новое судно обладало хорошими мореходными качествами, так как его корпус имел увеличенную подводную часть.

Существовали две разновидности трехмачтовых круглых судов: галеон и навио. Галеоны были торговыми судами, перевозившими золото, серебро, провиант, а также пассажиров. Навио считались военными кораблями и имели толстые борта и большое количество пушек. Наиболее мощные навио являлись линейными кораблями и считались главной силой во всех сражениях. Испанские навио ознаменовали расцвет эпохи трехмачтовых круглых судов, самым совершенным творением из которых был линейный корабль "Сантисима Тринидад".

Что же представлял собой навио XVIII в.? Испанцы применяли технологию кораблестроения, распространенную в других морских державах Европы. Основой остова, или скелета, судна были киль и кильсон - одна из продольных связей судна, располагающаяся прямо над килем и обеспечивающая его продольную прочность. К килю спереди крепился форштевень, сзади - ахтерштевень, а сверху на киль устанавливались шпангоуты, или ребра, прочно скрепляемые с килем как снаружи, так и изнутри набора. Соединительные элементы включали в себя вельсы - большие деревянные брусья, удерживающие набор за шпангоутами, и поперечные палубные бимсы, которые соединяли противоположные бортовые ветви шпангоутов.

Набор корпуса скрепляли нагелями из дуба или красного дерева или коваными болтами, которые изготовляли на королевских верфях. Болты вставляли в отверстия, просверленные в деревянных конструкциях, и закрепляли металлическими или деревянными гайками. Пока в сухом доке шло строительство корабля, вручную шили из льняной ткани паруса, из пеньки свивали тросы и канаты, которые должны были крепить мачты и паруса.

Самым важным для морской практики являлось поведение в море конструкции корабля в целом - деревянного корпуса, парусов и такелажа. Учитывая, что тысячи элементов из дерева, скрепленные деревянными нагелями и металлическими болтами, постоянно находились под большими нагрузками в результате действия ветра и волн, навио - более чем современное парусное судно - должно было быть тщательно сбалансированным, чтобы сохранять динамическое равновесие, за которым все время следили капитан и члены экипажа. Навио скрипел, стонал, пробиваясь сквозь волны океана. Моряки, плавающие на современных парусных судах, имеющих стальные корпуса, несомненно, чувствуют себя в гораздо большей безопасности.

Секрет успеха испанского навио заключался в материалах отличного качества, которые использовали испанские корабелы. Корпуса английских и французских кораблей того времени строились из дуба, а мачты и реи - из сосны. Испанцы же использовали для строительства своих кораблей твердые породы, такие, как красное дерево, произрастающее на побережье Кубы и теперешнего Гондураса, По сравнению с дубом красное дерево гораздо менее подвержено сухой гнили, обусловленной жизнедеятельностью грибков, пожирающих целлюлозу сухой древесины и превращающих ее в труху. Такому виду разрушения подвержены все деревянные корабли, поэтому чрезвычайно важно было обладать запасами леса твердых пород для строительства новых судов и ремонта старых.

Наличие запасов твердой древесины, которая могла бы служить длительное время до следующего ремонта, стало залогом успешного развития испанского флота. В то время как англичанам и французам пришлось всерьез задуматься о том, как обеспечить достаточное количество дуба и сосны для строительства новых кораблей, Испания обладала огромными запасами древесины твердых пород, ввозимой из американских колоний. Большая часть этой древесины доставлялась на королевские верфи в Гаване, где были спущены на воду 74 из 221 трехмачтового навио, построенных Испанией в XVIII в. К 70-м годам гаванские верфи превратились в крупнейшего поставщика линейных кораблей. "Сантисима Тринидад", корпус и палуба которого были целиком построены из кубинского и гондурасского красного дерева, был спущен на воду на верфях Гаваны в 1769 г.

Количество дерева, требовавшееся на постройку военных кораблей, было впечатляющим. Около 3000 деревьев, каждое из которых можно было распилить на доски общей длиной свыше 200 м, шло на строительство одного военного корабля 3-го ранга, называемого "рабочей лошадью" в военных флотах Европы. Сосна, используемая для изготовления мачт и реев, или перекладин, к которым крепились паруса, росла преимущественно на территории нынешней Мексики. До 40 сосен требовалось для того, чтобы изготовить 22 рея трехмачтового военного корабля 3-го ранга. Как уже говорилось, гаванская верфь была крупнейшей в XVIII в., и, без сомнения, построенные на ней линейные корабли не имели себе равных по величине в эпоху, предшествовавшую промышленной революции. Тем не менее масса всех вместе взятых трехмачтовых трехпалубных кораблей, принимавших участие в Трафальгарском сражении, составляла 120000 т, что равняется дедвейту современного супертанкера.


Реконструкция корабля "Сантисима Тринидад" выполнена на основании данных, собранных Рафаэлем Беренгером Морено Герром, сотрудником административного управления военно-морского флота Испании, из различных исторических документов. Длина корабля от носа до кормы была около 63 м, а весил он почти 1900 т. После надстройки четвертой орудийной палубы на корабле можно было установить 144 орудия - больше, нежели на каком-либо другом корабле. Кофель-нагели, битенги и недгедсы, на которых крепили снасти бегучего такелажа, размещались на верхней палубе в стратегически важных местах. Подвесные койки, которыми не пользовались в дневное время, складывались и ставились в специальные стойки у релингов по бортам на верхней палубе.

Часть корпуса судна "Сантисима Тринидад" с изображением набора и палубного оборудования в средней части судна. Постройка корабля начиналась с закладки киля и кильсона; к ним прикреплялись шпангоуты, которые удерживались пиллерсами, палубными бимсами и вельсами. Большая часть запасов для плавания хранилась в главном трюме. На орлоп-деке находились лазарет и склады боеприпасов с порохом и зарядами для орудий. Самые большие и тяжелые орудия ставились на нижней палубе, непосредственно над орлоп-деком. Жилые помещения для команды в основном были расположены на средней и верхней палубах; матросы подвешивали свои койки между орудиями.

Ремонт военного корабля в XVIII в. не ограничивался палубой, каютами, мачтами и парусами, как на современных судах из стали, алюминия, пластика и стекловолокна; обновления требовали и части набора корпуса, хотя, конечно, корабли, участвовавшие в сражении при Трафальгаре, были уже не похожи на первые военные корабли. Как осуществлялись ремонтные работы в то время, хорошо знакомо нынешним яхтсменам. К определенным снастям такелажа корабля крепились канаты, проходившие через тали, установленные на берегу. И после того, как с корабля были сняты орудия, корабль кренговали, т.е. наклоняли на один борт. Затем начиналась замена сгнивших деревянных частей. Если этого не требовалось, корпус просто очищали от морских наростов и покрывали составом, предохраняющим его от гниения. Днище часто обшивали медными листами для дополнительной защиты от гниения и червя-древоточца.

Подобный ремонт, конечно, увеличивал срок службы корабля: судно "Сантисима Тринидад" служило 36 лет, прежде чем его затопили у мыса Трафальгар, а флагману адмирала Нельсона "Виктори" было 40 лет. Чистое днище корабля имело свои преимущества: свободное от морских обрастаний судно могло развить большую скорость и имело лучшую маневренность. Однако скорость не всегда была залогом успеха. Как сообщает хроника тех времен, в Трафальгарском сражении английский корабль "Ройял Соврин", днище которого было незадолго до этого обшито медью, ушел далеко вперед от своей эскадры и был атакован испанским 112-пушечным судном "Санта Ана".

Ремонт военных кораблей недешево обходился правительствам морских держав. По данным специалиста по истории экономики Хосе П. Мерино Наварро, сотрудника Мадридского национального университета, военный корабль "Виктори", строительство которого в 1765 г. обошлось Англии в 63 тыс. ф.ст., потребовал ремонта в период до конца наполеоновских войн (1815 г.) на сумму около 372 тыс. ф.ст. Тем не менее, чтобы защитить свои интересы в Америке и на Филиппинах, Испания имела судоремонтных верфей больше, чем Англия и Франция. Испанские корабли всегда были в лучшей боевой форме, чем английские. Английский адмирал лорд Катберт Коллингвуд, один из величайших мореплавателей своего времени, неоднократно докладывал Нельсону и Адмиралтейству о плачевном состоянии английских линейных кораблей. Историки писали, что Англия не в состоянии была не только победить, но и участвовать еще в одном сражении, подобном Трафальгарскому, без того чтобы "очистить королевский флот от гнили". Эта задача, несомненно, потребовала бы от английского правительства огромных расходов.

Обновление испанского флота в XVIII в. явилось частью программы модернизации в различных отраслях, предпринятой королем Карлом III, одним из "просвещенных деспотов" своего столетия. Карл III усовершенствовал методы управления и долгосрочного планирования в промышленности страны; это коснулось и королевских верфей. Одним из нововведений была стандартизация проектов военных кораблей. В начале XVIII в. каждый построенный военный корабль был уникальным по своей конструкции, К 70-м годам XVIII в. навио были разделены на шесть основных рангов, и корабли каждого ранга строились в соответствии с общими конструктивными требованиями. Более того, конструкции корпусов и палуб, где размещалось вооружение, а также парусное снаряжение кораблей разных рангов должны были быть одинаковыми. Все это способствовало резкому увеличению производительности верфей, что было немаловажно в то время, когда Испания остро нуждалась в новых кораблях для защиты своих разросшихся владений.

В каждом из этих шести проектов предусматривались меры для сочетания устойчивости платформы для орудий с хорошей маневренностью и ходкостью под парусами. В основе классификации лежало количество орудийных палуб и пушек на борту. Навио 1-го ранга, такие, как "Сантисима Тринидад", считались самыми крупными и были вооружены наиболее мощной артиллерией. "Сантисима Тринидад" был единственным военным кораблем, имевшим четыре палубы, на которых размещались 144 пушки. Другие корабли 1-го ранга были трехмачтовыми и трехпалубными. Навио 2-го ранга также имели три палубы и от 80 до 98 пушек. У кораблей 3-го ранга было всего две палубы и от 74 до 80 пушек. Корабли этих трех высших рангов обычно считались линейными кораблями.

Классификация кораблей по рангам основывалась на количестве орудий и орудийных палуб. Военные корабли 1-го ранга были самыми мощными. Большинство из них имело от 80 до 110 орудий на трех орудийных палубах. Корабли 2-го ранга - от 80 до 98 орудий на трех палубах, а 3-го ранга - от 74 до 80 на двухпалубах. К линейным относились корабли только этих трех рангов. Корабли 4,5 и 6-го рангов были легче и потому более быстроходными. Они использовались как крейсера и для почтовой связи. Корабли 4-го ранга имели от 50 до 60 орудий на двух палубах, 5-го ранга -от 32 до 44 пушек на единственной палубе и 6-го ранга - от 20 до 28 пушек тоже на одной палубе.

Корабли 4, 5 и 6-го рангов, которые имели небольшое количество пушек и могли развивать высокую скорость, считались крейсерами. На кораблях 4-го ранга было две палубы с 50-60 пушками, на кораблях 5-го и 6-го рангов - по одной палубе; количество пушек равнялось соответственно 32-44 и 20-28. Суда 6-го ранга считались самыми быстроходными в испанском флоте и часто использовались для почтовой связи с далекими испанскими колониями.

Высота испанского навио 1-го ранга от киля до верхней палубы равнялась высоте современного пятиэтажного здания. Над сланями был главный трюм, над которым находился орлоп-дек, или самая нижняя палуба. Над ней располагались три основные орудийные палубы - нижняя, средняя и верхняя. Высокое расположение трех тяжелых палуб вызывало сильную бортовую качку, и нередко орудия нижней палубы (в основном это касалось английских кораблей) оказывались ниже ватерлинии.

Наиболее безопасной считалась самая нижняя палуба (орлоп-дек). На ней размещался лазарет, который редко пустовал во время жестоких сражений и в котором проводились безотлагательные ампутации и обрабатывались раны. На английских кораблях орлоп-дек был обычно выкрашен красной краской, на которой были менее заметны пятна крови, стекающей с хирургического стола. На линейном корабле "Сантисима Тринидад" над хирургическим столом на переборке висело большое распятие, символ религиозной веры, за которую многие отдавали руку, ногу или даже жизнь. На самой нижней палубе находился также склад боеприпасов, в котором хранились готовые к использованию заряды для орудий.

Пушки и мортиры военных кораблей XVIII в. На нижней палубе корабля "Сантисима Тринидад" были установлены тридцать 32-фунтовых орудий (называемых так по массе ядра, которым они стрелял и). В конце XVI II в. 32-фунтовые орудия были самыми большими на флоте. Они имели длину ствола более 3 м и могли поражать цепь на расстоянии 1,5 мили. На средней палубе корабля "Сантисима Тринидад" находились два 18-фунтовых и двадцать шесть 8-фунтовых орудий и мортир. Когда добавили четвертую орудийную палубу, число пушек увеличилось со 120 до 144. Снасти для установки орудий после откатывания показаны для 32-фунтовой пушки.

Для того чтобы уменьшить бортовую качку, корпус испанского навио строился таким образом, что ширина нижней палубы была больше, чем ширина средней и верхней палуб. Естественно, нижняя палуба была более устойчивой, и на ней устанавливалась самая большая пушка (длиной 3 м), стрелявшая 32-фунтовыми ядрами. На корабле "Сантисима Тринидад" было 30 таких пушек, по 15 с каждого борта. С близкого расстояния ядро пушки могло пробить борт из дуба толщиной около 1 м. Два или три ядра могли нанести вражескому судну серьезные повреждения. 32-фунтовое ядро способно было поразить цель на расстоянии до 1,5 мили.

На средней и верхней палубах кроме пушек находилась большая часть жилых помещений для команды. Койки подвешивались между орудиями и перед боем складывались и убирались. В средней части корабля размещался камбуз, на единственный зачастую плите которого матросы готовили пищу и кипятили воду. Команда испанского навио была чересчур многочисленной и состояла как из профессиональных моряков, так и из людей, не имеющих опыта мореплавания. Команда корабля "Сантисима Тринидад" во время участия в Трафальгарском сражении состояла из 1200 матросов и солдат морской пехоты, многие из которых еще только выздоравливали после эпидемий малярии и холеры, свирепствовавших на юге Испании в 1802-1804 гг. Для сравнения: команда английского корабля 1-го ранга "Виктори" состояла всего из 900 профессиональных моряков.

В противоположность тесным и душным матросским кубрикам в распоряжении офицерских чинов были отдельные, удобные каюты, мало отличающиеся от фешенебельных апартаментов, в которых они жили на берегу, и роскошный салон в кормовой части, где к их услугам был изысканный стол. Часто меткий залп по корме навио с английского корабля превращал всю эту роскошь в груду обломков.

Большая численность команды была необходима не только во время сражений: все работы на корабле производились вручную. Перед выходом в море матросы доставляли на борт все необходимое: боеприпасы, провиант и даже пушки. В пути приходилось постоянно то поднимать, то убирать паруса, что было делом весьма трудоемким. Помпы, установленные на средней палубе для того, чтобы откачивать воду из трюмов, также приводились в действие вручную. Во время боя в работу включались дополнительные помпы для тушения пожара и смывания с палубы крови. Тали, служившие для подъема на борт груза, выборки или отдачи якоря и установки парусов, тоже нужно было вращать вручную.

В отличие от англичан испанцы и французы рассматривали военные корабли как боевые платформы для солдат и орудий. Эта стратегия часто приводила к тому, что дисциплина на испанских кораблях отсутствовала, что, по моему мнению, и было одной из причин поражения Испании в Трафальгарской битве. В принципе боевая тактика испанцев сводилась к тому, чтобы меткими залпами снести мачты вражеских кораблей. Подбитое судно брали на абордаж. Тактика же англичан была иной. Она заключалась в том, чтобы целиться в корпус корабля. Отчасти из-за того, что английские корабли были больше подвержены качке, англичане первыми заменили традиционный фитиль для запала на кремневый запал. Это позволяло поджигать заряд почти мгновенно, что увеличивало вероятность попадания ядра в цель прежде, чем корабль в очередной раз начнет крениться.

Во всех случаях боевые действия предпринимались с учетом того, что пушки XVIII в. наиболее метко стреляли прямой наводкой. Когда навио удавалось совершить удачный маневр и подойти к вражескому кораблю с кормы, было достаточно одного залпа из нескольких 32-фунтовых пушек, чтобы снести богато украшенную, но слабо защищенную корму. Более того, такой залп мог вывести из строя пушкарей на палубе, опрокинуть тяжелые пушки и, разбив деревянную обшивку в обломки, усеять палубу горящими кусками дерева, которые были не менее опасны, чем смертоносные снаряды.

Когда два враждующих военных корабля оказывались борт о борт, дула пушек убирались внутрь через порты; залпы производились изнутри и обладали огромной разрушительной силой. Грохот залпов, разносившийся по палубам, был настолько мощным, что иногда матросы навсегда лишались слуха. Раскаленные докрасна ядра закатывали в жерла орудий при помощи специальных ручных приспособлений. После каждого залпа откатившуюся раскаленную пушку надо было вручную устанавливать на прежнее место. В сплошном дыму от орудий пушкари часто, не видя откатывающейся назад пушки, попадали под ее колеса.

Скопление мощной боевой техники на борту испанских навио не снижало способности этого типа судов выдерживать ближний бой в течение длительного времени. "Сантисима Тринидад", например, являлся флагманским кораблем испанцев во время блокады Гибралтара в 1779-1782 гг., сражался у мыса Сент-Винсент в 1797 г., а также при Трафальгаре. Двойные и даже тройные залпы с борта английских кораблей не смогли потопить судна. И хотя победа осталась за Англией, большая огневая мощь испанцев нанесла английскому флоту большой урон.

Было бы несправедливо говорить только о боевых подвигах испанских навио, не упомянув об их огромной роли в области географических исследований и открытий. Организованные Карлом III кругосветные экспедиции были не менее важны для науки, чем путешествия Джеймса Кука и Джорджа Ванкувера. Целью этих экспедиций было изучение биологии морей, получение океанографических данных и совершенствование техники судовождения. Капитаны кораблей, а также ботаники, географы и картографы, принимавшие участие в плаваниях, составляли подробные отчеты о своих наблюдениях. Многие испанские капитаны, участвовавшие в Трафальгарском сражении, были не только искусными военными стратегами, но и отличными штурманами, исследователями, картографами и математиками. Например, имя капитана Дионисио Алькала Гальяно, славного навигатора, увековечено в географических названиях на картах Чили и Канады. Бригадир дон Космэ Дамиан Чуррука был известен не только трудами в области навигации и математики, но и исследованиями западного побережья Южной Америки. Как и для адмирала Нельсона, Трафальгарское сражение стало последним в жизни этих двух капитанов.

 
Форум » Таверна » Большой зал » Кораблестроение в Испании XVIII века
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2016 Сайт управляется системой uCoz